Что делать, если вы оказались в зоне лесного пожара? Если пожар низовой или локальный, можно попытаться потушить пламя самостоятельно - сбить его, захлёстывая ветками лиственных пород, заливая водой, забрасывая влажным грунтом затаптывая ногами. При тушении пожара действуйте осмотрительно, не уходите далеко от дорог и просек, не теряйте из виду других участников, поддерживайте с ними зрительную и звуковую связь. Если у вас нет возможности своими силами справиться с локализацией и тушением пожара:

• немедленно предупредите всех находящихся поблизости о необходимости выхода из опасной зоны;

• организуйте выход людей на дорогу или просеку, широкую поляну, к берегу реки или водоёма, в поле;

• выходите из опасной зоны быстро, перпендикулярно направлению движения огня;

• если невозможно уйти от пожара, войдите в водоём или накройтесь мокрой одеждой; • оказавшись на открытом пространстве или поляне, дышите, пригнувшись к земле, - там воздух менее задымлён;

• рот и нос при этом прикройте ватно-марлевой повязкой или тканью;

• при обнаружении лесных пожаров обязаны сообщить о лесном пожаре с использованием номера вызова экстренных оперативных служб "101" или "112".

Пожары, возникающие по причине деткой шалости с огнем, явление, к сожалению, далеко не редкое. Финал этих пожаров может быть очень трагичным. Ежегодно пожары от детской шалости с огнем лишают людей крова, имущества, приводят к травмам и гибели. Пожары, возникающие по причине деткой шалости с огнем, явление, к сожалению, далеко не редкое. Финал этих пожаров может быть очень трагичным.

Ежегодно пожары от детской шалости с огнем лишают людей крова, имущества, приводят к травмам и гибели. Пожарные напоминают, почти все дети проявляют повышенный интерес к огню, не осознавая в полной мере его опасность. Стремление к самостоятельности особенно проявляется, когда дети остаются дома одни, либо остаются без присмотра родителей. Нельзя быть уверенным в том, что оставшись один, ребенок не решится поиграть коробочкой спичек, не захочет поджечь бумагу, не устроит костер, который однажды видел в лесу.

Бывают случаи, когда взрослые ввиду разных обстоятельств вынуждены оставлять детей на какое-то время без надзора. Это опасно, особенно если дети остаются в запертых квартирах или комнатах. В случае пожара они не смогут выйти из опасного помещения наружу. Что нужно делать для того, чтобы избежать пожара от детской шалости с огнем: 

— рассказывайте детям о пожаробезопасном поведении; 

— объясните детям, что при возникновении пожара не следует прятаться, а необходимо покинуть горящее помещение; 

— будьте примером во всех ситуациях, связанных с соблюдением правил пожарной безопасности; 

— не оставляйте спички и зажигалки в доступном для детей месте; 

— не поручайте детям разжигать печи, газовые плиты, самостоятельно включать электробытовые приборы;

 — следите, чтобы дети не разжигали костры; 

— уходя из дома, не оставляйте малолетних детей без присмотра взрослых; 

— необходимо выучить с ребенком номера телефонов экстренных служб и домашний адрес; 

— организуйте ребенку интересный досуг.

Что делать, если кто-нибудь из вас заметит пожар? Напомним о самом главном.

Обнаружив огонь, дым или запах гари, поднимайте тревогу и немедленно вызывайте пожарную помощь по телефону «101» или с мобильного телефона «112».

Услышав ответ диспетчера: «Пожарная охрана», точно укажите место возникновения пожара и обязательно (если это известно) сообщите, угрожает ли огонь людям.

Не надо кричать: «Сильно горит!», лучше внятно рассказать о том, что видно, например: «Из двух окон седьмого этажа вырывается огонь». В этом кратком сообщении содержится максимум информации. В зависимости от этажности здания высылают лестницу соответствующей высоты. Слова «два окна» позволяют диспетчеру приблизительно определить площадь пожара. Открытое пламя, выбивающееся из окон, говорит о том, что пожар уже разбушевался.

Случается, что люди сообщают о несчастье с большим опозданием, бросают трубку, не сказав, где горит и т. п. Все это затрудняет работу пожарных.

Как только будет назван адрес, диспетчер немедленно вышлет помощь из ближайшей к месту происшествия пожарной части, сообщив: «Пожарные следуют». После чего задаст несколько уточняющих вопросов. Его может интересовать, в какой части здания происходит пожар, какие материалы горят, сильно ли задымлены помещения и т. д.

Чем точнее ответы, тем быстрее будет выслана необходимая дополнительная пожарная помощь.

В заключение диспетчер скажет: «Пожарные следуют, встречайте». Заявитель должен встретить машины на улице, указать кратчайший путь к горящему зданию, рассказать о его особенностях и о том, где в здании могут находиться люди.

Как правило, пожар начинается с малого. Потушить загорание в момент возникновения несложно. Важно сразу применить первичные средства тушения: ведра с водой, песок, покрывала, внутренний пожарный кран, огнетушители.

Главное - распределить обязанности: что кому делать. Прежде всего, конечно,- спасение людей. Если в помещениях остались дети, ищите их в углах, кладовках, под кроватями - в самых неожиданных местах.

Источник: ГУ МЧС России по МО

В России возбуждено, ведется или недавно закрыто около 17 судебных процессов против руководителей тушения пожаров. Представители пожарной охраны считают обвинения против своих коллег необоснованными и сетуют на то, что по сравнению с другими громкими судебными процессами общественность не требует справедливости под лозунгами «я/мы пожарные».

Как система выстроилась против простых пожарных? Почему они оказались беззащитными «крайними» перед законом и почему эти судебные процессы подрывают безопасность государства? Своим мнением поделились ветераны, независимые эксперты и действующие сотрудники пожарной охраны.

В Москве уже несколько месяцев судят Дмитрия Ширлина и Сергея Барсукова: в 2016 году они руководили тушением пожара на Амурской улице. Прогоревшая крыша складского помещения обрушилась под пожарными, погибло восемь человек, в том числе опытные огнеборцы: начальник службы пожаротушения полковник Александр Юрчиков, майор Алексей Акимов и капитан Роман Георгиев. По версии следствия, Ширлин и Барсуков неверно оценили обстановку на объекте в 4000 кв. м, неправильно рассчитали стойкость конструкции комплекса и «небрежно отнеслись к своим обязанностям». Если офицерам вынесут обвинительный приговор, то каждый пожарный России должен написать заявление и уволиться, считает пожарный эксперт Геннадий Шагин.

«Смотрите, Дмитрий Ширлин — выпускник петербургского института пожарной безопасности, окончил с отличием. Прошел путь от лейтенанта до полковника, везде, на каждой своей должности, был хорош, — отзывается о коллеге Шагин. — Его бросали «исправлять ошибки» — и ведь исправлял. Он жил этой службой, талантливо шел вверх по служебной лестнице, достиг уровня руководителя — и немалого масштаба. Он лучший из лучших службы пожаротушения Москвы — самого многочисленного гарнизона Европы. Он мозг пожарной охраны.

На пожаре Дмитрий сделал все ровно так, как его учили. Если сейчас мы судим лучшего, вменяем ему халатность, это означает, что остальные российские пожарные и вовсе несостоятельны, а наша система образования не доучивает людей. Тогда стоит разогнать всю пожарную охрану и набрать новую».

По мнению нашего собеседника, это обвинение создает образ «нерадивых российских пожарных» и возвращает имидж пожарной службы во времена царской России, когда в охране работали солдаты, калеки и убогие; пожарный считался низом общества, и, по поверью, у него даже жены красивой быть не могло.

В пожарном деле он с 1977 года, в последние годы выступает пожарным экспертом в судах по преследованию пожарных. Все началось с пожара в РУДН 2003 года, вспоминает он, но тогда огнеборцев оправдали.

«У нас был устав пожарной охраны, а в нем фраза, которой мы уходили от всех бед: «Устав определяет общие основы тушения пожара, а при разборе ситуаций учитывался опыт и целесообразность принятия решений», — рассказывает Подгрушный. — Кроме того, мы были в составе МВД, и ни у кого даже мысли не было судить пожарных. А сейчас до нас дошла чья-то кабинетная борьба, и простые пожарные оказались под прицелом судебной системы. Я только в этом году «отбил» пять дел с помощью экспертиз.

А потом случился этот суд по делу на Амурской… Губят наших ребят и всю пожарную охрану. Ширлин так и сказал мне: «Система меня предала». Вижу, как жизнь у него в глазах угасает. А за что? Он человек, рожденный спасать и руководить, мужчина в полном расцвете сил. Он и сейчас мог бы кого-то спасать, но на его место пришли люди, которым еще лет восемь расти до его уровня, а ему к работе больше не вернуться».

Ширлина и Барсукова губят диванная экспертиза и несуществующие нормы, а обвинение пестрит размытыми формулировками, считает Александр Подгрушный.

«Тут сказано, что они должны были обеспечить безопасные условия труда, — зачитывает он текст обвинения. — Это как вы на пожаре их обеспечите, интересно, как можно так формулировать? Или «небрежно относился к своим обязанностям» — это как можно оценить? Или «не рассчитал предельную стойкость конструкции» — так она проверяется определенными испытаниями, для нас такой нормы не существует. Не было никакой информации о пределе информации об износостойкости, потому и игнорировать ее Ширлин не мог.

А вот «допустил скопление людей». Да покажите мне норму, как это надо на пожаре распределить людей, чтобы не допустить скопления, нет такой нормы! На крыше работали опытные пожарные со стажем, неужели они не ушли бы, если бы была опасность для жизни? Да совершенно точно ушли бы, но там явно был форс-мажор».

 ВНИИПО провел экспертизу, которая подтвердила наличие вспышки во время пожара и микровзрыва, только в процессе следствия ее «задвинули» и рассматривать не стали. Кроме того, складское помещение на Амурской улице оказалось потенциально опасным — на нем хранился аммиак, только вот пожарным об этом на выезде ничего не сказали, и они приехали тушить его как рядовой объект. Тепловизор показывал допустимую температуру, и трагического развития событий не могли предположить ни те, под кем вскоре обрушилась крыша, ни руководители тушения.

Геннадия Шагина также возмущают обвинения столь опытных руководителей тушения пожаров в халатности и непрофессионализме.

«Невозможно говорить, что на крышу людей загнали как пушечное мясо, — комментирует он. — Там работали полковники, капитаны, старшие прапорщики, оперативный дежурный отряда, специалисты управления пожаротушения — все понимали, чем грозит ситуация. Что Ширлин сделал не так и теперь следствие считает, будто именно он виноват?

Почему не рассматривается вина должностного лица — хозяина объекта? Или тех, кто реконструировал здание? Кто принимал материалы для строительства? Почему эти люди не несут ответственность за сам пожар? Что касается экспертизы, которая приводится на суде, могу сказать, что ее делал человек, далекий от пожарной охраны. Похоже, он знает максимум, что пожарная машина красного цвета, а огонь — горячий».

Пожарные могут потушить пламя по идеальному сценарию — быстро, окончательно, без жертв и потери собственности, только если до пожара были соблюдены все правила пожаробезопасности, говорит Александр Подгрушный. Но на каждом вызове огнеборцев ждет ящик Пандоры: незаконное хранение опасных веществ, отсутствие пожарных гидрантов, датчиков дыма и систем сигнализации, загроможденные пожарные проходы, припаркованные автомобили, перекрытые пути эвакуации, конструкции из токсичных материалов и еще тысяча и одна беда.

«Нас учили тому, как может быть и как должно быть, но в итоге система пожаротушения в сочетании с судебной превращается в машину по ломке человеческих судеб, — сокрушается Подгрушный. — Попробуй приехать к коммерсанту на объект с проверочной тренировкой — он к себе не пустит. А потом у него пожар — и откуда мы можем знать, как действовать, куда идти?»

С тех пор, как сотрудники пожарной охраны попали в структуру МЧС и под ее же пиар, пожарного превратили в супергероя, который первым придет на помощь. Народ с удовольствием переложил ответственность за пожаробезопасность на спасателей, а сам расслабился.  У кого дома есть огнетушитель? А датчик дыма? У кого застраховано жилье на случай пожара? Кто объясняет своим детям, как вести себя при пожаре? У кого всегда готовы документы и деньги, чтобы быстро вынести их из квартиры в случае опасности? Нет, зачем — нас же приедут и спасут…

А если не спасут, значит, виноваты, такая опасная тенденция в отношении к пожарным наметилась в последние годы. После уже упомянутого пожара в РУДН случилась еще и трагедия в «Хромой лошади», а затем целая серия пожаров, которые стали причислять к «социально значимым».

«Уже тогда было очевидно, что массовая гибель людей на пожарах — следствие системных ошибок и это может выскочить в любой точке на карте России, — говорит Подгрушный. — Но радикальные оргвыводы никто не сделал, изменения в законодательстве стали вялотекущими, из ФЗ-69 ушла статья об ответственности глав субъектов за обеспечение пожарной безопасности в субъекте, потом пошли соглашения субъектов с ФПС о передаче части полномочий в области пожарной безопасности, которые не решили проблем безопасности, но переложили ответственность на плечи МЧС.

В итоге убаюканный пиаром обыватель просто наплевал на правила и нормы пожарной безопасности. Обычным стало явление, когда погорелец берет в руки айфон, снимает действия пожарных отделений, вывешивает в Интернете и подает иск. Таких обвинений и жалоб мне пришлось отбивать десятка три только по Московской области. А мы ни разу не подали встречный иск за нарушение закона о пожарной безопасности или за клевету, хотя валом пошли иски за «тушение, недотушение, долго ехали, залили квартиру»…»

Системные ошибки «выскочили», как и предвещали опытные сотрудники пожарной охраны. В торговом центре «Зимняя вишня» в Кемерово. Напомним, что в результате трагедии по обвинению в халатности были арестованы начальник караула пожарно-спасательной части Сергей Генин и руководитель пожарной группы Андрей Бурсин.Сторона обвинения вменила им нарушение десятка пунктов Боевого устава подразделений пожарной охраны. 17 октября 2019 года суд в Кемерово освободил пожарных, но сам факт их преследования возмущает коллег.

«Когда речь заходит о преследовании наших ребят за «Зимнюю вишню», мне кричать хочется: что ж вы делаете?!» — признается Шагин.

«Создали крематорий для детей, а вините моих пожарных», — в сердцах говорит Подгрушный.

До приезда пожарных должны сработать сразу несколько систем, объясняют эксперты. На этапе обустройства ТЦ должны соблюдаться строительные нормы, продумываться эвакуационные выходы. Внутри — ставиться комплексы противопожарной защиты с системами пожаротушения и оповещения. Персонал торгово-развлекательного центра должен знать пути эвакуации, проводить регулярные тренировки, держать открытыми пожарные выходы, уметь обращаться с огнетушителями. Как мы уже знаем, по всем пунктам «Зимней вишне» можно было ставить «неуд». Но по версии следствия, в гибели людей оказались виноваты и прибывшие на место пожарные.

Так, Генину вменили то, что он не пошел в том направлении, куда указывал Александр Ананьев, отец погибших девочек, а отправился за охранником (эта дорога уперлась в закрытый эвакуационный выход). Также пожарного обвинили в том, что вместо поиска людей он спасал «всего одного человека» и не передал по рации информацию о том, в каком кинозале находились дети. Если обобщить все пункты обвинения, то Сергей Генин, по мнению стороны обвинения, был виновен в гибели 37 человек. Сам Генин свою вину не признавал и заявлял, что пожарные сделали все для спасения людей. Так считают и его опытные старшие коллеги.

«Пожарное звено из трех звеньев может спасти только одного человека, максимум двух, — объясняет Шагин. — 37 — это гигантское число для пожарного. Для спасения такого количества людей нужно минимум 74 пожарных. Но нет ни одной экспертизы, которая прояснила бы ситуацию, показала, как может вести себя человек в условиях стресса, при высокой температуре, в дыму, с определенными ограничениями пожарной техники. Если наш насос может провентилировать 5 кв. м, почему вы хотите провентилировать ими весь торговый центр? Если в ведро помещается 10 литров, туда не нальешь 50! Как можно вменять пожарному, что он не пошел за орущим человеком в состоянии аффекта? Почему он должен ему верить? Он пошел за охранником, они по дороге нашли человека без сознания, Генин передал ему свое оборудование для дыхания, спасли его. Он что, должен был переступить через человека и идти искать других? Вот это как раз была бы халатность, а не то, что ему вменяется. Он поступил правильно, так сделал бы каждый из нас».

Более того, именно Боевой устав подразделений пожарной охраны обязывает пожарного спасти человека, найденного без сознания, и не оставлять его. С другой стороны, пожарный в этот момент не спасает всех остальных, кому нужна помощь, и подставляет себя под уголовную статью, как и произошло с Сергеем Гениным. Пожарные оказываются виноваты в равной степени и когда работают «по приказу», и когда действуют по обстоятельствам.

Диванные эксперты в Интернете в комментариях под видео с Гениным в «Зимней вишне» тут же решили за ветерана пожарной охраны, как он должен был действовать, и договорились до идеи о том, что «пожарный должен умереть». Это особенно задело российских пожарных. Если разобрать большинство пожаров, обнаружится, что пожарный должен умереть за чужие ошибки — за нарушение техники пожарной безопасности, за кинотеатры на четвертом этаже торгового центра, за закрытые эвакуационные выходы, за сигарету в постели, за брошенный с балкона бычок, пьяный угар и хранение незаконных опасных веществ.

«Сейчас приехал тушить пожар, а получишь от трех до семи лет за халатность в случае чего. Какой смысл работать?» — рассуждает Подгрушный.

Рядовые российские пожарные сегодня оказались без защиты, считают наши собеседники. Они не представлены в органах власти, у них нет влиятельного представителя профессионального сообщества, а существующий закон о пожарной безопасности не дает им правовых гарантий и требует кардинального обновления.

От несправедливых судов борцов с огнем мог бы оградить независимый орган по расследованию гибели пожарных. Подобная группа есть при Федеральном агентстве по чрезвычайным ситуациям США, которое расследует случаи гибели пожарных, но запрещает использовать их в суде. Эти расследования остаются внутри профессионального сообщества, не передаются в суд, чтобы не навредить сотруднику, но публикуются через два года после события для «собственного разбора полетов».

Пока же,  порочная система за свои собственные ошибки  делает "крайними"  пожарных.  И совсем не случайно,  один из пожарных  высказал пожелание:  «У меня есть мечта: чтобы на пару дней из жизни ребят и девочек внутри Садового кольца исчезли пожарные, врачи и полицейские. Ибо исчезновение на несколько дней актера Устинова нанесет только душевные травмы, а вот исчезновение начальника караула Пупкина вместе с караулом — травмы реальные, а может, даже и смерть». 

Неужели  только подобные меры могут заставить  государство и общество  повернуться лицом  к пожарной охране и пожарной безопасности,  вместо того,  чтобы назначать "стрелочников",  покрывая собственную некомпетентность  и откровенное перекладывание ответственности за собственные   неразумные действия и ошибки,  а также за полное игнорирование мнения  специалистов и экспертов в области пожарного дела?

По материалам:  mchsnik.ru

Рассказ об уникальном опыте советских спецов по тушению лесных пожаров опубликовало российское издание «Комсомольская правда». Материал приводим ниже:  

«По профессии я - военный трубопроводчик. Начав службу в трубопроводных войсках (есть такие!) в 1969 году после военной академии, и поныне, уже в качестве гражданского человека, работаю в этой области.

По роду служебной деятельности мне пришлось анализировать результаты действий трубопроводных войск при тушении пожаров в 2010 году, а в далёком 1972 году - непосредственно участвовать в их ликвидации.

Тогда я был молодым капитаном, служил в должности старшего инженера трубопроводной бригады. Название звучит громко, а на самом деле это один неполный трубопроводный батальон, около сотни человек, и управление бригады. Квалификация – высочайшая, приобретённая в процессе обучения и в ходе многих учений. Техники, конечно, содержалось на бригаду полного состава.

В случае начала боевых действий мы должны были в течение одних суток принять более двух тысяч офицеров и солдат из запаса, провести короткое обучение и быть готовыми развернуть полевой магистральный трубопровод протяжённостью до 600 километров для подачи горючего войскам.

Бригада полного штата включала уже четыре трубопроводных батальона и другие подразделения, всего более 2 тысяч человек. За одни сутки таким составом мы могли развернуть до 150 километров трубопровода в пересчёте на одну линию. А подача воды по одной линии – порядка двух с половиной тысяч кубов в сутки. Соответственно, чем больше линий, пусть даже коротких, тем больше суточная подача. Развернуться по полному штату нам пришлось отнюдь не в военной обстановке. В начале августа Москву и западные районы Подмосковья окутал густой дым - горели леса и торфяники.

Тогда вопросы борьбы с этим бедствием решались просто. Решение ЦК КПСС и Правительства приводило в движение огромные массы войск и техники. Причём никто (как заявляли сейчас некоторые военные руководители высокого ранга) не говорил, что, дескать, военные сборно-разборные трубопроводы предназначены для перекачки только горючего, а не воды (хотя технически это предусмотрено при гидравлических испытаниях развёрнутых линий).

Наша трубопроводная бригада провела отмобилизование в установленные сроки - уже через сутки после команды, 12 августа, первый батальон вышел на марш в районы пожаров с трубами, передвижными насосными станциями и прочей техникой. В качестве представителя управления бригады с этим батальоном убыл и я. Через два дня по линиям трубопроводов уже велась перекачка воды.

Интересное сравнение - мы работали в тех же районах, в которых подобная ситуация повторилась уже в 2010 году - огромные площади пожаров, существенный экономический ущерб, задымление столицы. Но тогда масштабы привлечения трубопроводных войск были несравненно большими. В ликвидации пожаров на территории европейской части страны принимали участие пять трубопроводных бригад и четыре отдельных трубопроводных батальона.

Все вместе они могли развернуть 3600 километров полевых магистральных трубопроводов. К счастью, это не понадобилось. Было развёрнуто 187 линий общей протяжённостью 1300 километров. По ним было подано свыше 4,6 млн. кубометров воды. В наиболее острые периоды по полевым трубопроводам подавалось в районы пожаров ежесуточно порядка 50 тыс. кубометров воды.

А в 2010 году было только два трубопроводных батальона (численность трубопроводных войск сейчас резко сокращена). Причём их действия, с позиции моей и моих коллег, нельзя назвать рациональными и успешными.

В процессе ликвидации пожаров 1972 года применялись различные способы использования подаваемой по полевым трубопроводам воды. Это наполнение ёмкостей пожарных машин и авторазливочных станций; заполнение пожарных водоёмов и защитных каналов вокруг важных объектов; обводнение торфяников; подача воды подразделениям, непосредственно ликвидирующим очаги горения. В последнем варианте к трубопроводам подключались пожарные рукава со стволами-распылителями.

К сожалению, не все из этих вариантов применялись в 2010 году. Бесценный практический опыт не использован, хотя он обобщён в книгах и статьях. Военное ведомство упрямо считает, что подавать воду для ликвидации пожаров – не дело трубопроводных войск. Но если страна стоит на пороге катастрофы? Здесь надо использовать все имеющиеся возможности и средства, в первую очередь те, которые в короткие сроки могут в больших объёмах подавать воду в районы массовых пожаров. В общем, такое мощное средство борьбы с пожарами, как полевые сборно-разборные трубопроводы (хотя это не является их непосредственной функцией), показало высокую эффективность в 1972 году. Нас ценили.

Достаточно сказать, что каждой из привлечённых к ликвидации пожаров дивизий в зоне наших действий (были танковые, мотострелковые, воздушно-десантные) выделялось по одному трубопроводному батальону из нашей бригады. И командиры дивизий чуть ли не дрались за них. Ведь каждой дивизии назначалась зона ответственности за ликвидацию пожаров.

Немного личных впечатлений. Наиболее тяжёлая обстановка в середине августа 1972 года сложилась в районе посёлка Радовицкий Мох Рязанской области. И сейчас перед глазами возникает безрадостная картина. Приближается лесной верховой пожар. Около десятка автобусов прибыло из Москвы для эвакуации детей. Жители закапывают имущество на огородах, чтобы оно не сгорело, когда подойдёт пожар (такое бывало во время войны, только прятали не от огня).

Пожилые женщины со слезами на глазах подходят к нашим солдатам на насосной станции - сынки, не покидайте нас! Перекачивайте воду - в канал вокруг посёлка. Насосная станция располагалась на маленькой поляне в лесу непосредственно на берегу озера. Полковник Н.В. Попов собрал солдат и отдал приказ - вести перекачку до последней возможности. Пользуясь временем, сколотить плот и погрузить на него продукты и имущество; если огонь подойдёт вплотную – оставить насосную станцию, на плоту выйти на середину озера и ждать помощи. К счастью, ветер переменил направление, посёлок и наша насосная станция не пострадали. Но в подобной же ситуации случилась иная беда.

Трубопроводная рота лейтенанта В.И. Ручкина вела перекачку воды в другом месте. И тоже не уходили до последнего примерно в такой же обстановке. А когда начали уезжать, было поздно - местами прогорела дорога по торфянику. Колёса автомобилей попали в выгоревшие ямы, двигаться дальше было невозможно. Солдаты спрыгивали с автомобилей в тлеющий торф и получали ожоги рук и лиц. Тогда у нас сгорело два автомобиля и следовавшие за ними две передвижные насосные установки. Вот такие небольшие эпизоды того времени.

Жаль только, что практически утерян полученный и обобщённый ещё в 1972 году опыт рационального использования полевых сборно-разборных трубопроводов для ликвидации массовых лесных и торфяных пожаров. В конце прошлого века мы предлагали свои услуги МЧС и лесникам по разработке соответствующих инструкций и технологий, но отклика не получили. В 2010 году результаты сказались».

Судя по обстановке с с лесными пожарами в Сибири и на Дальнем Востоке,  уникальный опыт советских времен  достаточно актуален и ныне.      

Ежегодно только в городских зданиях страны происходит около 80 тысяч пожаров. В прошлом году их жертвами стали более 3,7 тысячи человек. Ущерб от них оценивается более чем в 14 миллиардов рублей. И все же с каждым годом придумываются все новые системы пожаротушения, которые делают нашу жизнь значительно безопаснее.

Чаще всего случаются пожары, категорию риска которых МЧС относит к средней. И тем не менее ущерб от них огромен. Сегодня очень важно сохранять от огня не только сами стены и мебель, но и дорогостоящую технику, и информацию, которая в ней содержится, и сверхмощное оборудование. И, разумеется, людей. Поэтому к пожарной безопасности сегодня предъявляются новые требования.

Прежде всего пожаротушащие вещества должны быть безопасными для живых организмов. Кроме того, они должны быть максимально бережными по отношению к технике. Вода, порошок и пена, конечно, портят оборудование и ценные вещи. Вещества, которые «забирают» кислород, представляют серьезную опасность и для людей: несколько лет назад при ликвидации пожара в одном из банков Подольска использовалось пожаротушащее вещество, защищающее денежную массу, однако люди погибли из-за углекислоты, которую оно выделяло.

Поэтому от использования этих веществ постепенно отходят — все большее распространение приобретают так называемые чистые пожаротушащие вещества, не влияющие на вещи. Изначально их придумали для защиты серверных комнат — это специальные газы, способные гасить пламя. Такие газы не проводят электричество, не растворяют другие вещества, быстро справляются с пламенем и безопасны для людей. Как рассказывает старший преподаватель кафедры пожаротушения Академии ГПС МЧС России Александр Алешков, сегодня защиту компьютерного оборудования, серверов, ценной вычислительной техники при тушении пожаров обеспечивают специальные газовые огнетушащие составы: «Такой газ не вреден ни для человека, ни для оборудования, которое другие средства пожаротушения (вода, пена) разрушают». «Пожаротушащие газы — идеальное решение для защиты офисных помещений, музеев, где содержатся ценные коллекции, — подтверждает эксперт рынка пожарной техники Антон Анненков. — Кстати, по статистике, 75% пожаров в таких заведениях происходит после закрытия. Тот же Нотр-Дам загорелся через десять минут после окончания времени его работы. Не исключено, что кто-то просто кинул окурок — и ушел».

Многие годы в мире использовался хладон, однако теперь от него повсеместно отказываются из-за того, что он небезопасен и для людей, и для окружающей среды. В октябре 2016 года представители экологических организаций заговорили о необходимости запретить использование хладонов в силу того, что они ускоряют накопление парниковых газов в атмосфере, способствуя ускорению глобального потепления. В мире ужесточаются экологические стандарты, применение хладона‑125 и хладона‑23 фактически запрещено в Европе, стоимость хладона‑227еа существенно возросла из-за введения ограничивающих квот. Однако вездесущие китайцы продолжают выпускать эти газы. И в России хладоны по-прежнему не просто популярны — их продолжают использовать все чаще.

Более современным и безопасным считается фторированный кетон, внешне похожий на воду, за что его называют «сухой водой» — при этом даже при погружении в эту жидкость электронные устройства не страдают, они продолжают работать, бумага не коробится, краска не смывается. «Фторкетон безопасен для людей и животных, распадается за 3–5 дней, поэтому мы используем это вещество для защиты от огня информационных центров, музейных экспонатов, уникальных объектов культуры и искусства, школ, детсадов», — говорит Александр Алешков. Однако и его вездесущие китайцы уже начали повсеместно подделывать.

«Пока у нас нет нормативов, чем тушить музеи. Однако директор Эрмитажа, узнав о том, что пожар в московском Центре Грабаря тушили пеной, ужаснулся и оборудовал музей газовыми системами пожаротушения. Такие же системы используются и в Москва-Сити, и на Останкинской телебашне, и во многих других объектах Москвы», — рассказывает эксперт рынка пожарной безопасности Олег Юнязов.

Как рассказывает Антон Анненков, растет спрос и на компактные автономные системы пожаротушения, предназначенные для зашиты небольших пространств. Например, в новых вагонах метро на каждый состав предусмотрено по 75 таких систем.

По материалам: mk.ru

Жительница Новосибирска спасла пятилетнего ребенка из квартиры, полной дыма, потушила полыхающий диван, в то время как находящиеся во дворе и подъезде люди не придали значения крикам детей о пожаре.

Это происшествие, которое произошло в пятиэтажном доме Кировского района Новосибирска, могло обернуться серьезной т